Кудрат Гасангулиев: «Тем, кто строит свою политику, полагаясь на Трампа, будет невозможно добиться успеха в Европе»
«Трамп — лидер, который переносит личные отношения в политику»
Председатель Партии справедливости, права и демократии (ƏHD), депутат Милли Меджлиса Кудрат Гасангулиев ответил на вопросы о событиях в регионе, ожиданиях от очередного этапа давления на Иран, а также о других актуальных темах.
Представляем интервью:
— Кудрат бей, армия США перекрыла Ормузский пролив, фактически ограничив морскую торговлю Ирана. Несмотря на это, цены на нефть на мировых рынках снижаются. Президент Трамп, вопреки всем угрозам и критике, не смог заручиться поддержкой НАТО и Европейского Союза в блокирующих операциях против Ирана. Как вы видите продолжение этого процесса?
— Думаю, что Иран и США придут к определенному соглашению. Потому что стороны в этом нуждаются. Война с Ираном была начата, чтобы убрать из политической повестки два вопроса — войну в Украине и, в большей степени, дело Джеффри Эпштейна. Легкий и ошеломляющий успех в Венесуэле также сыграл большую роль. Трамп хотел войти в промежуточные выборы как великий победитель. В последнее время мы наблюдали растущее давление России на Трампа, чтобы конфликт завершился в форме, желаемой Кремлем. Трамп же может оказывать давление на Украину лишь до определенного предела. Поэтому война стала выходом.
На мой взгляд, США в первой фазе войны продемонстрировали свою силу, нанеся разрушительные удары по Ирану. Им нужно было добиться прекращения огня и переоценить ситуацию. Заявления Трампа вроде «я уничтожу цивилизацию в Иране» были скорее средством психологического давления и преследовали цель посадить Иран за стол переговоров. Видно, что этого удалось достичь. В результате появились возможности для диалога между сторонами. На самом деле, удары по электростанциям, водоочистным сооружениям, мостам и нефтеперерабатывающим заводам могли привести к серьезной гуманитарной катастрофе. Трамп не пошел бы на такой сценарий. Потому что он политик, желающий получить Нобелевскую премию мира, и не хочет остаться в истории как лидер, вызвавший масштабную гуманитарную катастрофу.
— Но мирные переговоры закончились неудачей. Какие шаги будут предприняты со стороны США на нынешнем этапе?
— Если помните, я говорил об этом и раньше: второй этап — это сценарий блокады Ирана. Без доходов от нефти Иран не сможет существовать. Резкое ухудшение экономической ситуации приведет к расколу власти, гражданскому противостоянию и революциям. Уверен, что фактор Китая также играет важную роль в начале войны. Одной из причин определенной поддержки этих шагов Дональда Трампа в американском обществе является то, что люди оценивают это как часть стратегии, направленной против Китая. Во время столкновений, длившихся 12 дней в июне прошлого года, ядерным объектам Ирана был нанесен серьезный ущерб. В этом плане одна из главных целей сейчас — лишить Китай дешевых энергоресурсов, повлиять на темпы его экономического развития и получить возможности влиять на его политику. По мере роста экономики Китая параллельно расширяется и его военный потенциал, что в будущем может актуализировать возможные военные сценарии вокруг Тайваня. То есть здесь существует широкое и сложное геополитическое противостояние. В настоящее время Китай обладает одним из крупнейших военных флотов в мире после США. Но прямое военное столкновение Китая с США в ближайшем будущем не кажется реальным. Баланс сил пока не в пользу Китая, и Пекин это хорошо понимает. США заставят Иран пойти на определенные уступки. Было бы хорошо, если бы в Иране это поняли и договорились с США, пока их экономика не разрушена полностью.
— Если Иран продолжит оказывать сопротивление, станут ли военные удары вновь актуальными?
— Если Иран не пойдет на уступки, могут быть нанесены удары по некоторым стратегическим объектам. Самый рациональный сценарий для Ирана — договориться с США, пока экономика не рухнула окончательно. Китай и Россия могут оказать определенную поддержку, но это не изменит ситуацию. Альтернативы ограничены. Они не будут участвовать в войне на стороне Ирана. Россия сама столкнулась с серьезными экономическими проблемами из-за войны с Украиной. Появился и другой фактор. Иран, особенно после 12-дневной войны, приобрел основные системы противовоздушной обороны у Китая и России.
— Но в ходе войны их активная деятельность не ощущалась…
— Эти системы не оправдали себя на поле боя. Утверждалось, что они построены на основе технологий 5-го и 6-го поколений. Однако последние события показали, что эти системы не полностью соответствуют заявленным стандартам. Мы наблюдаем, что самолеты типа «stealth» США и Израиля наносят удары по определенным объектам на территории Ирана и возвращаются, не встречая серьезного сопротивления. Существует вероятность продолжения этого процесса. Потому что США постоянно обновляют военный арсенал, используемый против Ирана, ракеты и другие боеприпасы непрерывно доставляются в регион. Практически 2-недельного перемирия достаточно, чтобы новое оружие было доставлено в регион и операции возобновились. Смелость — хорошее качество, но, как я всегда отмечаю, с силой тоже нужно в определенном смысле считаться, и нельзя терять чувство реальности. Когда главы государств и политики теряют чувство реальности, от этого страдают и они сами, и народ.
— Остается только один вариант…
— Да, Иран обязательно должен попытаться договориться с США. В то же время внутри страны должны быть начаты серьезные реформы. Иран — многонациональное государство, и национальные права других народов, проживающих там, должны быть признаны, им должны быть предоставлены возможности пользоваться более широкими политическими и культурными правами, должны учитываться их социальные и культурные требования. В экономике должна быть искоренена коррупция, а в государственном управлении — кронизм. Международные эксперты связывают поражение премьер-министра Виктора Орбана в Венгрии в большей степени с тем, что кронизм и коррупция стали государственной политикой.
— Что такое кронизм?
— Это когда в бизнесе и политике из-за личных связей (родство, дружба, лояльность, знакомство и т.д.) людей быстро продвигают, они обогащаются, получают бизнес-возможности и назначаются на высокие должности без учета профессионализма. То есть должности и возможности предоставляются не за профессионализм, а из-за личных отношений. В отличие от непотизма, здесь играют роль не только родственные связи, но и дружба, знакомство и связи в близком окружении. Такие случаи вызывают недовольство в обществе, ослабляют чувство социальной справедливости и снижают доверие людей к государству. В то же время это препятствует развитию и ослабляет экономическую динамику. Коррупция же существует во всех странах на определенном уровне. Однако развитые государства стараются держать ее под контролем. Если коррупция превышает определенный предел, она становится серьезным препятствием для развития. В этом плане считаю, что против обеих проблем должна вестись эффективная борьба и проводиться системные реформы. Это одно из основных условий как для устойчивости государства и политической системы, так и для благополучия общества.
— Кстати, в Венгрии открытая поддержка Дональда Трампа сработала против Виктора Орбана. Это было связано больше с личностью и имиджем Трампа или же сложившаяся внутриполитическая ситуация в Венгрии предопределила его поражение?
— До выборов все опросы показывали, что основная фигура оппозиции Петер Мадьяр стремительно набирает силу. Он ранее был представлен во власти, а затем перешел в оппозицию. Существуют разные мнения о причинах этого. Некоторые утверждают, что Орбан сам целенаправленно создал условия для его перехода в оппозицию, чтобы в будущем передача власти произошла в более контролируемой форме. Открытая поддержка Орбана Трампом была неоднозначно воспринята в венгерском обществе и вызвала определенное недовольство. Другой важный момент заключается в том, что Трамп многими воспринимается как политик, имеющий близкие отношения с Владимиром Путиным. А в венгерском обществе существует историческая чувствительность к России. Особенно вмешательство советских войск в страну во время Венгерского восстания 1956 года до сих пор не стерлось из коллективной памяти. В этом плане открытая защита Орбана Трампом негативно повлияла на его имидж. Тем не менее, в любом случае Орбан не смог бы переизбраться.
С другой стороны, Орбан — один из 3-4 политических лидеров в Европе, которые долгое время находились у власти. В истории Европы были примеры пребывания у власти Гельмута Коля в Германии, Ангелы Меркель — 16 лет, Жан-Клода Юнкера в Люксембурге — 18 лет. Орбан также вошел в эту категорию. Однако в либерально-демократических системах столь длительное пребывание у власти повышает потребность общества в переменах. Люди хотят обновления. Если власть не может обеспечить это обновление, отношение избирателя к лидеру меняется. Это можно сравнить с технологиями — как программное обеспечение должно регулярно обновляться, так и государственное управление должно модернизироваться в соответствии с развитием общества. В противном случае прежние подходы теряют свою эффективность.
— Что означает уход Орбана от власти для Европы и Азербайджана?
— В глобальном плане уход Орбана — естественный процесс. Но для нас это может сопровождаться определенными потерями. Венгрия ежегодно предоставляла возможности обучения двумстам азербайджанским студентам. Остается под вопросом, будут ли продолжены эти программы. В то же время связи Венгрии с Организацией тюркских государств и статус наблюдателя также важны в этом контексте. Будет ли Венгрия, как и прежде, защищать нас в Европейском Союзе? Неясно, произойдут ли изменения в этом направлении.
— Кудрат бей, известно, что Виктор Орбан был фигурой, имевшей тесные отношения как с Владимиром Путиным, так и с Дональдом Трампом. Напротив, у него были проблемы с Европейским Союзом, который он представлял. Исходя из этого, можно ли оценить поражение Орбана как одну из попыток Европейского Союза защитить себя как от США, так и от России? То есть Европа больше не потерпела того, чтобы внешние силы сохраняли механизмы давления на нее внутри нее самой…
— «Старый континент» невозможно держать в стороне от международной политики. Потому что родина современной цивилизации и демократии — именно Европа. Демократия перешла в США из Европы и отсюда распространилась на весь мир. Глобальное распространение современной науки и культуры также началось именно из Европы. Конечно, роль США в продвижении этих ценностей очень велика. Но корни уходят в Европу. В этом плане считаю, что у Дональда Трампа существуют определенные комплексы. Нужно прямо сказать, что он не любит европейских лидеров, хочет ими управлять, так как они не поддержали его на выборах. Он хочет показать Америку во всех сферах выше Европы, как в экономическом, так и в политическом плане. Но Европа с этим не смирится. Тем, кто строит свою политику, полагаясь на Трампа, будет невозможно добиться успеха в Европе. Его отношение к Владимиру Зеленскому достаточно жесткое. Он не простил ему встречу наследного принца Саудовской Аравии с Зеленским и оскорбил его в грубой форме. То есть Трамп — лидер, который переносит личные отношения в политику. От него у демократического мира были большие ожидания.
В международных отношениях используется понятие «Rogue State» (государство-изгой). Этот термин относится к странам, которые не соблюдают нормы международного права, оказывают давление на другие государства и проводят агрессивную политику. Чтобы сдерживать такие государства, США нужен был сильный лидер, и некоторые круги думали, что видят в Трампе эти качества. Но сейчас число разочарованных растет с каждым днем. В свое время Кеннеди на инаугурации говорил: «История на стороне тех, кто защищает свободу», прогресс и свобода должны идти рука об руку. Он говорил: «Наше единство с нашими старыми союзниками нерушимо, вместе мы многого достигли и вместе поднимемся на еще большие вершины». Обращаясь к народам, живущим в нищете, он говорил: «Мы поможем вам из-за нашей веры в человеческое достоинство». Теперь посмотрите на отношение Трампа к своим союзникам и этим ценностям. Надеюсь, что после Трампа западный мир сплотится вокруг высших ценностей еще теснее.